Грустная сказка о языке, Конституции и Декларации о независимости

 

Чем ближе заветный день выборов, тем более оголтелым становится тот бред, который несут отдельные кандидаты в депутаты молдавского парламента.

 

Униря с ACUM-мулятором

Вот, например, Майя Санду, – та самая, которая приехала в Молдову из Америки, чтобы закрыть школы и участвовать в голосованиях кабмина по крайне непопулярным для страны вопросам. Ныне она подвязалась на одиозно-оппозиционной ниве и должна оправдывать свой статус пред лик заморских спонсоров. Чего только стоит ее недавняя фраза о том, что после выборов в случае прихода к власти представляемого ею блока ACUM все в Молдове будут говорить по-румынски!

Цитирую Майю Григорьевну по публикациям в СМИ:

«Есть программа, которую мы разработали, когда я была в Министерстве образования. К сожалению, эта власть не хочет её финансировать. Но у нас есть это обязательство, мы обеспечим условия и, надеемся, все станут говорить на румынском языке».

 

Согласен, тема эта стара и избита. Но, как часто бывает в нашей стране, где правят субъекты с кругозором провинциалов, именно такие вопросы – более чем актуальны из поколения в поколение. Потому что, когда об их насущности забывают, через некоторое время происходит вакханалия, подобная 7-му апреля 2009 года.

Во-первых, нельзя видеть радетеля за наши блага в человеке, открыто заявившем, что пособник Гитлера румынский кондукэтор Антонеску – не преступник против человечества, а… противоречивая историческая фигура. Причем, озвучивала эту мысль Майя Санду в городе, где гетто в свое время занимало едва ли не половину тогдашнего урбанистического пространства!

Во-вторых, непонятно, осознают ли ультраправые, унионисты, завуалированные неонацисты и прочие субъекты, что тема названия государственного языка в Молдове – одна из определяющих сам факт современной молдавской государственности. Понимают ли оные околополитические фигуры, что своими заявлениями на эту тему они отталкивают от себя многих избирателей? Тех самых, которые, например, уповали в разное время на ту же Санду, Нэстасе и на иных имяреков просто потому, что по каким-то причинам не доверяли другим политическим силам.

В случае с Санду история ясна – женщина, давным-давно пребывающая в репродуктивном возрасте и по каким-то причинам не имеющая детей (по крайней мере, о таковых ничего не известно широкой публике), не в состоянии развить свой материнский инстинкт. Зачем он нужен дамам в политике? Очень просто – не имея возможности в полной мере проявить материнский инстинкт, – как можно метить в матери целого народа?! Да, кстати, именно ощущение себя матерью компенсирует у женщин-политиков различного рода эмоциональный дисбаланс. В случае с Санду этот дисбаланс, очевидно, но только эмоциональный в чистом виде, но и ментальный тоже.

История во плоти

Вернемся к вопросу о госязыке и его названии. Все мы понимаем, что современной литературной формы молдавского языка – нет. Ее никто не развивал за последние лет 30. Более того, лично мне, как не-носителю молдавского языка, неясно, насколько полноценно его литературная форма развивалась во времена СССР. Здесь уже вопрос к лингвистам.

В сухом остатке у нас – литературная форма румынского языка, по факту идентичного молдавскому с точки зрения основной части лексики и грамматики. Но в регионе с извечным геополитическим противостоянием и наличием на западе «старших братьев», дважды захватывавших жителей Молдовы в почти что библейское египетское рабство, – народ, желающий стать политической нацией, должен хвататься за любое явление, способное обеспечить государственность. Один из этих факторов – государственный язык и, конечно, его название.

Научно доказано, причем, уже давно, что молдаване называли свой язык молдавским еще задолго до образования Молдавского княжества в XIV веке. Понятие «румынский язык» возникло намного позже, причем, не на территории Молдовы, а на сопредельных землях. Уже это является обоснованием для проведения четкой политической линии о наименовании «молдавский язык», как это и прописано в принятой в 1994 году Конституции Республики Молдова.

Почем сегодня КС?

Но вот незадача – спустя 19 лет, 5 декабря 2013 года тогдашний состав Конституционного суда постановил, что государственным языком Молдовы является румынский, а синтагма «румынский язык» в Декларации о независимости преобладает над синтагмой «молдавский язык» в Конституции! В 2017 году КС подтвердил свое предыдущее решение, дав положительное заключение в связи с инициативой 35-ти правоцентристских депутатов парламента о внесении синтагмы «румынский язык» в Конституцию Республики Молдова. Судьи отметили, что законопроект об изменениях в статье 13 Конституции не содержит несоответствия основному закону.

Все мы знаем, что КС, равно как и все государственные структуры, кроме администрации президента страны, уже давно контролирует нынешний председатель Демократической партии Владимир Плахотнюк. Причем, делается это за счет нас с вами – ну не будет же Плахотнюк самостоятельно возвращать в финансово-банковскую систему украденный миллиард! Это будут делать… наши внуки. Зачем Плахотнюку замена в Конституции названия госязыка? Да, в принципе, думаю, что ему все равно. Просто называть официальный язык Молдовы румынским уже давно стало брендом прозападных сил страны, поэтому… нужно уместиться с рамки тренда, иначе в итоге ни кредитов, ни грантов, распиливающихся уже на подлете, никто давать не будет.

Эпический фейл

Только вот магистраты Конституционного суда допустили ошибку, о которой все старательно молчат. Напомним, что в своем решении о правомочности смены названия госязыка РМ с молдавского на румынский КС опирался на провозглашенный им же примат Декларации о независимости над Конституций. Подобную меру можно сравнить разве что с легендой о древнеримском императоре Калигуле, сделавшем своего любимого коня сенатором. Потому что не может быть ни в одном современном государстве святее документа, чем Основной закон!

Такая рокировка общенациональных приоритетов потребовалась потому, что в Декларации о независимости государственный язык РМ назван румынским. Вот только мало кто в этом случае поднимает текст оного документа и вчитывается в его содержание. Мы с вами станем исключением из этого правила. Цитируем:

«НАПОМИНАЯ, что в последние годы демократическое движение за национальное освобождение населения Республики Молдова еще раз подтвердило его стремление к свободе, независимости и национальному единству,  выраженное в заключительных документах Великих Национальных Собраний, состоявшихся в Кишиневе 27 августа 1989 года, 16  декабря 1990 года и 27 августа 1991 года, в законах и постановлениях Парламента Республики Молдова о провозглашении румынского языка государственным и о возврате ему латинского алфавита от 31 августа 1989 года…».

 

Почти все наши соотечественники прекрасно понимают, что упомянутый в тексте Декларации закон от 31 августа 1989 года – это Закон о функционировании языков на территории МССР.

Процитируем и его:

«Статья 1. В соответствии с Конституцией (Основным Законом) Молдавской ССР государственным языком Молдавской ССР является молдавский язык, функционирующий на основе латинской графики…».

 

Иными словами, в Декларации о независимости содержится явный, откровенный подлог, подмена понятий, если хотите, преступный обман. Авторы Декларации всем нам нагло соврали, а мы этого… не заметили?

Теперь же КС, основываясь на не соответствующем действительности документе, Декларации о независимости, где был перевран более ранний законодательный акт, пытается подменить одно из основополагающих явлений современной молдавской государственности.

Самое страшное, что этот эпический фейл националистов, бесчинствовавших 30 лет назад, до сих пор в тренде и бессовестно используется достойными преемниками тех, кто намеревался избавить мир от такого явления, как независимая Республика Молдова.

Не хочет ли КС пересмотреть упомянутое здесь положение Декларации о независимости и дать правовую оценку вероломной лжи, прописанной в этом тексте? Конечно же, не хочет, – не могут поступить подобным образом обладатели румынских паспортов, поклявшиеся в верности стране, той, где уже давно хотят, чтобы само упоминание о Молдове было стерто из памяти людей. Но это уже тема для отдельного разговора.

Николай КОСТЫРКИН, специально для IZBORSK.MD