Уменьшительный националист Солженицын

 

Александр Исаевич Солженицын, 100-летие со дня рождения сегодня отмечается, до сих пор воспринимается как безусловный патриот России. Даже некоторыми из тех людей, которые его справедливо обвиняют в соучастии в подрыве Советского Союза. Особенно его полюбили в последние годы так называемые «белые патриоты», подвизающиеся на проекте «Антикоммунизм 2.0», включая патриотов «единой и неделимой».

Некоторые говорят: да, разваливал, да, фальсифицировал данные о репрессиях, да, призывал к войне против СССР… Но вот уехал в Вермонт, столкнулся с американской русофобией — и угодило, понимаешь, зёрнышко промеж двух жерновов… Заточился в Вермонте, стал консерватором, почвенником, страдальцем за Россию. И уж в последующих своих работах…

Но вот открываем его работу «Как нам обустроить Россию». 1990 год. Горбачёв уже капитулировал на Мальте, вовсю пылают окраины, журналы и телевизор поливают помоями советское прошлое, но СССР ещё существует как единое государство. Поезда всё ещё проходят границы без остановок и таможенных контролей.

И вот, несколько цитат из Александра Исаевича.

***

И когда чудовище СССР лез захватывать куски Азии
или Африки — тоже во всём мире твердили: «Россия, русские…»

***

За три четверти века — при вдолбляемой нам и прогрохоченной «социалистической дружбе народов» — коммунистическая власть столько запустила, запутала и намерзила в отношениях между этими народами, что уже и путей не видно, как нам бы вернуться к тому, с прискорбным исключением, спокойному сожитию наций, тому даже дремотному неразличению наций, какое было почти достигнуто в последние десятилетия предреволюционной России.

***

Сегодня видится так, что мирней и открытей для будущего: кому надо бы разойтись на отдельную жизнь, так и разойтись.

***

Увы, многие мы знаем, что в коммунальной квартире порой и жить не хочется. Вот — так сейчас у нас накалено и с нациями.

***

Как у нас всё теперь поколесилось — так всё равно «Советский Социалистический» развалится, в с ё р а в н о! — и выбора настоящего у нас нет, и размышлять-то не над чем, а только — поворачиваться проворней, чтоб упредить беды, чтобы раскол прошёл без лишних страданий людских, и только тот, который уже действительно неизбежен.

***

И так я вижу: надо безотложно, громко, чётко объявить: три прибалтийских республики, три закавказских республики, четыре среднеазиатских, да и Молдавия, если её к Румынии больше тянет, эти одиннадцать — да! — непременно и бесповоротно будут отделены.

***

А уж сегодня это звучит с тысячекратным смыслом: н е т у 
н а с с и л на окраины, ни хозяйственных сил, ни духовных. Н е т у н а с с и л на Империю! — и не надо, и свались она с наших плеч: она размозжает нас, и высасывает, и ускоряет нашу гибель.

***

К сожалению, этот мираж «единонеделимства» 70 лет несла через свою нищету и беды и наша стойкая, достойная русская эмиграция. Да ведь для «единонеделимца» 1914 года — и Польша «наша» (взбалмошная фантазия Александра I «осчастливить» её своим попечительством), и никак «отдать» её нельзя. Но кто возьмётся настаивать на этом сегодня? Неужели Россия обеднилась от отделения Польши и Финляндии? Да только распрямилась. И так — ещё больше распрямимся от давящего груза «среднеазиатского подбрюшья», столь же необдуманного завоевания Александра II, — лучше б эти силы он потратил на недостроенное здание своих реформ, на рождение подлинно народного земства.

***

Надо перестать попугайски повторять: «мы гордимся, что мы русские», «мы гордимся своей необъятной родиной», «мы гордимся…». Надо понять, что п о с л е всего того, чем мы заслуженно гордились, наш народ отдался духовной катастрофе Семнадцатого года (шире: 1915—
1932), и с тех пор мы — до жалкости не прежние, и уже нельзя в наших планах на будущее заноситься: как бы восстановить государственную мощь и внешнее величие прежней России.

***

Не гордиться нам и советско-германской войной, на которой мы уложили за 30 миллионов, вдесятеро гуще, чем враг, и только утвердили над собой деспотию.

***

А если верно, что Россия эти десятилетия отдавала свои жизненные соки республикам, — так и хозяйственных потерь мы от этого не понесём, только экономия физических сил.

***

Итак, о б ъ я в и т ь о несомненном праве на полное отделение тех двенадцати республик — надо безотлагательно и твёрдо. А если какие-то из них заколеблются, отделяться ли им? С той же несомненностью вынуждены объявить о нашем отделении от них — мы, оставшиеся. Это — уже слишком назрело, это необратимо, будет взрываться то там, то сям; все уже видят, что вместе нам не жить. Так не длить взаимное
обременение.

(Солженицын А.И. Публицистика: в 3-х т. — Т. 1. Статьи и речи. Ярославль, 1995. С. 538 — 548).

 

***

В общем, всё понятно. СССР — чудовище. Социалистической дружбы народов не было. Надо разойтись. Хватит жить в коммуналке. СССР всё равно развалится — смиритесь, расслабьтесь и получите удовольствие. Нет у нас сил на империю. Единонеделимство — мираж. Гордиться нам нечем. Даже Великой Отечественной войной, которую Солженицын называет «советско-германской». Потому что МЫ УЛОЖИЛИ — а не гитлеровские захватчики — 30 миллионов, а Победа только упрочила деспотию.

И самый главный тезис — если кто заколеблется, выходить или нет — МЫ, РУССКИЕ, ДОЛЖНЫ ОБЪЯВИТЬ ИМ О СВОЁМ ОТДЕЛЕНИИ.

Ну что, валенки, теперь понятно, откуда страстное желание россиян «избавиться от советского подбрюшья»? Понятно, откуда «Декларация о суверенитете РСФСР», положившая начало необратимому краху Союза? Понятно, откуда 57%, проголосовавших за Ельцина, который даже не скрывал своих разрушительных намерений? Понятно, почему расчленение СССР в Беловежской пуще не вызвало у россиян никаких эмоций? Всё оттуда. От Александра Исаевича и ему подобных.

Все ведь верили — мы только «от подбрюшья», «от нахлебников» избавимся, а Украина никуда не денется. Ну а как же? Они же братья! И тут — нате вам — получите референдум о независимости Украины 1 декабря 1991 года! Вот тогда многие из нас впервые начали прозревать. Но было поздно.

А теперь вспомним последнюю попытку «московского майдана» — «Болотную революцию». Вспомним, как националисты встали в один ряд с либералами. Мы ещё удивлялись этой чудовищной, уродливой коалиции. Но прозорливый Кургинян всё тогда правильно понял и назвал их… как? Правильно — «уменьшительными националистами». «Хватит кормить Кавказ» — это ведь та самая солженицынская идеология: отказаться от окраин, «тянущих соки», «хватитжитьвкоммуналке», «нетунассилнаимперию», «отделитьсясамим»… Только вместо Советского Союза у них объект ненависти, подлежащий уничтожению — Российская Федерация, которую они презрительно называют «многонационалочкой».

Среди тех «уменьшительных националистов», зажигавших на Болотной и Сахарова, оказались многие из сегодняшних «ультрабелых», льющих слёзы по «великому пророку земли русской». Например, его нынешний фанатичный популяризатор Егор Холмогоров.

Совпадение? Не думаю.