Унионисты в трауре: молдаване отвернулись от Румынии на президентских выборах

Западные СМИ активно освещали президентские выборы в Молдове – и неизменно делали акцент на геополитике, рассказывая о планах Игоря Додона развернуть страну на Восток. Лондонскую «Times», например, умилило, что молдавский президент обещал «управлять страной, как Путин». И это понятно, западному обывателю неинтересны внутренние перипетии – ему достаточно сказать, что «великий и ужасный» Путин посадил «на престол» политического клона.

Однако мы-то знаем, что во время выборов в Молдове геополитика служила лишь оболочкой, за которой скрывалось что-то поважнее. По крайней мере, для граждан страны. Большинство избирателей понимало, что второй тур — поединок между государственником и унионистом. А то, что кандидаты периодически брали в руки европейские и российские флаги, вовсе не означало, что спор сводится к знакам и атрибутике. Именно необходимость выбора будущего страны объясняет более высокую явку во втором туре… хотя в день голосования выдалась ненастная, очень ветреная и дождливая погода.

Пассивность Брюсселя и Москвы

На то, что геополитическая интрига не была главной, указывает и почти безучастное отношение к выборам Брюсселя и Москвы. Если в 2014-м и ранее использовались многие инструменты влияния на молдавский электорат, в Кишинев для агитации приезжали европейские политики, проводились кампании информирования, а Москва подключала СМИ, то в этот раз единственным напоминанием о геополитике стали фотографии Майи Санду с руководителями ЕС и канцлером Германии в соцсетях.

И в Брюсселе, и в Москве особенно не преувеличивали значение молдавских выборов. Ведь соглашение об ассоциации не так просто отменить, а Молдова нуждается в финансах ЕС. И, кроме того, полномочия президента недостаточно широки, чтобы кардинально поменять вектор развития. Молдова — парламентская страна, и для радикальных шагов необходимо единство усилий законодательного органа и президента. Осознавая это, Игорь Додон объяснял перед вторым туром, что не собирается отказываться от всего хорошего, что было во взаимоотношениях с ЕС.

Ранее и Москва устами Владимира Путина говорила: проблемы торгово-экономических отношений Молдовы и России, возникшие после подписания соглашения об ассоциации, нужно обсуждать в трехстороннем формате «Москва-Кишинев-Брюссель».

Почему Додон вызывал огонь на себя?

Единственным активным участником молдавских выборов был Бухарест. В Румынии понимали, что смена президента-униониста Тимофти на президента-молдовениста Додона может разрушить сотрудничество в сфере безопасности, армии, спецслужб, а привилегированные отношения превратить в обычные или даже холодные. Но главное – президент станет препятствием в планах постепенного объединения.

Убеждает нас в том, что геополитика все-таки не была главной коллизией, и поведение кандидатов в президенты, и их реакция на информационные атаки. Например, в первом туре из двух кандидатов, высказывавшихся за сближение с Москвой, больше всего доставалось именно Додону. Но не потому, что рейтинг Чубашенко был ниже. А потому, что в программе лидера социалистов вопросы молдавской идентичности и борьбы с унионистами акцентировались.

Санду представляла лагерь унионистов

Лидер «PAS» проблематику унионизма старалась не затрагивать, можно сказать, замалчивала, чтобы не отпугнуть тех, кто за сохранение молдавского государства.

Однако правые избиратели по умолчанию знали об истинных взглядах Санду. А лидеры «DA» — те подчеркивали, что являются «истинными унионистами» в противовес фальшивым, таким, как Гимпу с племянником, превратившие объединение в звонкую монету.

Говорит о том, что слияние неминуемо, и председатель ЛДПМ Виорел Чиботару, который на днях объявил о возможности объединения либерал-демократов и «PAS». То есть Санду и партнеры не просто единомышленники, а политические близнецы.

Именно это обстоятельство и объясняет массированную поддержку лидера «PAS» унионистскими партиями и организациями после первого тура. На сторону единого  кандидата встали даже либералы, находящиеся в весьма сложных отношениях с партиями, выдвинувшими Санду. А лидеры движения «Sfatul Ţării-2», провозгласившие своей целью объединение в 2018 году, просили всех унионистов отдать голоса лидеру «PAS», так как она ясно заявила, что  скажет «да» объединению на референдуме в 2018 году.

О многом говорит и тот факт, что за Санду агитировал и ответственный за братоубийственную войну в Приднестровье генерал Ион Косташ. Вряд ли такому широкому кругу лиц для поддержки фронт-лидера было достаточно одного лишь заявления проголосовать за унирю в 2018 году. И будет ли этот референдум? На самом деле унионистов больше убеждала позиция, которую занимала Санду, работая министром образования.

Санду и «историческая правда»

Министр поддержала включение в программу обучения двух предметов — истории румын и румынского языка, из-за чего был отправлен в отставку ее предшественник. Санду тогда заявила: «Для нас очень важно содержание дисциплины, важно, чтобы дети знали историю и историческую правду».

Куррикулумы по истории составили так, что из них исчезло даже то, что признано на официальном уровне в Румынии. В частности, информация о холокосте, развязанного румынской администрацией в 1941-1944 годах, о том, что эти зверства вызывали недоумение даже у офицеров рейха. Учебники не рассказывают о взглядах Антонеску, призвавшего в феврале 1942-го распространить практику этнических чисток евреев и на другие национальности. «Нужно избавиться и от других меньшинств — украинцев, поляков, болгар, гагаузов, всех этих мерзавцев, осевших на Севере и Юге Бессарабии», — говорил румынский диктатор.

Школьникам не говорят, как жилось их предкам в то непростое время, когда пыткам подвергли каждого десятого жителя края — 207 тысяч человек, из которых 22,7 тысячи скончались. Люди голодали, так как румынские власти разрешали оставлять на пропитание по 80 кг зерна на взрослого и по 40 кг на ребёнка в год. Скот изымали для нужд румынской армии. Недоступность медицинской помощи привела к распространению сыпного тифа, туберкулёза, пеллагры и дизентерии. Уровень смертности возрос в три-четыре раза, от голода и болезней в первые два года румынской власти в Бессарабии погибло около 200 тысяч человек.

Все эти факты, исключенные из учебников истории,  хорошо объясняют, почему унионисты так решительно призывали голосовать за бывшего министра просвещения.

Голосование по «бессарабскому вопросу»

Ну и, конечно, их очень согревала идея, что президентом Молдовы может стать человек с румынским гражданством.

Сплетение всех этих фактов и нюансов формирует убеждение, что во втором туре избиратели участвовали не в геополитическом споре Востока и Запада — они были втянуты в давнее противостояние Москвы и Бухареста и голосовали по «бессарабскому вопросу».

Разумеется, далеко не все отдавали себе в этом отчет. Если бы кандидат правых играл в открытую, называл вещи своими именами, то, возможно, результат был бы совсем другой.

Есть ряд других признаков, указывающих на то, что определенная часть населения рассматривала голосование во втором туре именно как поединок унионистов и сторонников молдавской государственности.

Унионисты выдают себя

Избрание Додона несло так называемой «чистой» евроинтеграции весьма условные риски. Отказ от ассоциации с ЕС не подразумевался. А вот для планов, уже реализуемых сторонниками объединения, а, главное, будущих планов, лидер социалистов — не просто препятствие, а системный оппонент.

Именно поэтому сразу после первого тура унионисты объявили массовую мобилизацию. Уже на второй день агитировать за Санду начал экс-президент Траян Бэсеску. Ударили в барабаны и молдавские либералы. А правительство Румынии предоставило молдавским студентам бесплатный проезд к избирательным участкам и обратно.

Обращает на себя внимание и тот факт, что протесты в Кишиневе по поводу результатов второго тура организовали именно унионисты. А даже отреагировали на победу Додона первыми именно молдавские политики-унионисты.

Публичную полемику с лидером социалистов начал министр обороны Анатол Шалару. Он отдал распоряжение своим подчиненным  заменить портреты верховного главнокомандующего вооруженными силами РМ на портреты  «национальных героев или выдающихся деятелей румынской культуры». И намекнул Игорю Додону, что сам с должности он не уйдет, а уволить его нельзя, так как, по Конституции,  президент такими полномочиями не обладает.

Обрушился с критикой на победителя и кишиневский мэр. Он высказал опасение, что к 2018 году, когда должны пройти парламентские выборы, молдавский «цимбал неизбежно превратится в балалайку».

У унионистов появилась экзистенциальная угроза

О том, что избрание государственника накалило ситуацию в обществе, свидетельствует и выступление известного активиста, председателя общественной организации «Moldova Mea» Фёдора Гелича. Он предупредил, что не позволит проигравшим сорвать инаугурацию главы государства – со своими сторонниками придет к зданию парламента и окружит его, чтобы не допустить провокаций. Также Гелич призвал депутатов и всех чиновников с уважением отнестись к выбору народа и объявил, что готовится подать в суд на Гимпу за его оскорбительные заявления в адрес Додона.

Итак, Игорь Додон с его планами борьбы за молдавскую государственность и нейтралитет, федерализацию Молдовы для решения приднестровской проблемы, восстановление стратегического партнерства с Россией превращается в экзистенциальную угрозу для унионистов. Ведь кроме консолидации молдавской государственности лидер социалистов обещал и непосредственную борьбу с унионистскими силами, правящими бал.

«Кость в горле»

Простой перечень мер, которые новый президент собирается реализовать, превращает его в «кость в горле» сторонников объединения.

Например, преподавание в школе истории родного края, самостоятельного пути молдавского государства в противовес истории румын остановит процесс формирования у детей румынской идентичности.

Запрет на занятие высоких государственных должностей гражданами Румынии подорвет процесс слияния государственных институтов двух государств. Например, Санду, Гимпу или Плахотнюк уже не смогут претендовать на высшие государственные посты.

Особенно это важно для санации ведомств, отвечающих за госбезопасность. Интересы молдавского государства – это одно, а румынского – совсем другое. Они совпадают только в головах унионистов.

Реализация принципа нейтралитета приведет к сворачиванию сотрудничества в рамках программ НАТО, а также реализации идей Шалару об объединении  армий Молдовы и Румынии.

Налаживание экономического и торгового сотрудничества с Россией может привести к остановке инфраструктурных проектов, которые финансируются Бухарестом и ЕС. Объединение газотранспортных сетей и энергетических систем Молдовы и Румынии может утратить актуальность и экономическую привлекательность, если от России поступят более выгодные предложения. Отпадет необходимость инвестировать в новые транспортные развязки.

Здесь перечислены лишь некоторые из мер, которые создадут сложности для процесса системной интеграции Молдовы и Румынии.

Планы Бухареста нарушаются

И ведь не секрет, что планы создания единого информационного, культурного, образовательного, экономического, финансового пространства давно вынашиваются Бухарестом.

Так, Национальная либеральная партия Румынии, выдвинувшая президента Клауса Йоханниса, заявила о том, что присоединение Молдовы должно стать главным приоритетом внешней политики страны. План присоединения предусматривает создание совместного медиапространства, продвижения румынского языка и культуры через поддержку румынского радио и телевидения в Кишиневе, поддержку митрополии Бессарабии, развитие программ в сфере среднего и высшего образования, упрощение получения румынского гражданства для бывших румынских граждан Молдовы и их потомков. Планируется развитие совместной транспортной инфраструктуры, объединение финансовых и банковских систем.

Экс-президент Румынии Траян Бэсеску, став молдавским гражданином, обещал политически активно содействовать объединению. Он заявлял о готовности баллотироваться на пост президента Молдовы. Поговаривают, что Бэсеску может возглавить Либеральную партию, так как Гимпу дискредитировал себя. Экс-президент считает, что процесс объединения займет пять-шесть лет: «Давайте будем реалистами. Объединение свершится в тот момент, когда 50 процентов граждан с левого берега Прута захотят этого, когда Румыния докажет жителям Молдовы, что лучше жить в составе одного государства».

Столкновение унионистов и государственников уже неминуемо

Однако избрание президентом Игоря Додона вносит в планы унионистов серьезные коррективы. И если он начнет выполнять предвыборные обещания — то вся та работа унионистов за в последние семь лет, облаченная в форму  евроинтеграции, может пойти насмарку. То есть 13 ноября на президентских выборах молдаване отвернулись от Румынии.

Но не стоит думать, что сторонники объединения легко откажутся от своих целей. Поэтому в ближайшее время развернется серьезная конфронтация с вновь избранным президентом, параллельно начнут подготовку унионистских сил к выборам в парламент. Мы не можем исключить и попыток лишения Додона должности законными и незаконными способами.

Однако интенсивность этих процессов напрямую будет зависеть от мировых событий, и в особенности европейских. Brexit, возможные победы евроскептиков во Франции, Италии, Германии, Нидерландах могут привести к распаду ЕС или его радикальной трансформации. Разумеется, это может сильно  охладить пыл желающих присоединить Молдову к Румынии.